Три года после "Булгарии"

Закончился суд по делу о крушении дизель-электрохода «Булгария». Обвиняемые получили различные сроки заключения. Восторжествовала ли справедливость?


Дизель-электроход "Булгария" на Куйбышевском водохранилище за год до трагедии. Фото Сергея Сахновского

9-10 июля 2011 года дизель-электроход «Булгария» выполнял круиз по маршруту Казань – Болгары – Казань. 10 июля, на момент отправления судна от пристани Болгары, сила ветра на Куйбышевском водохранилище согласно прогнозу составляла до 20 метров в секунду, что превышало допустимые значения для дизель-электроходов этого типа. Однако в 11.15 капитан судна без доклада диспетчеру отошел от пристани Болгары. На борту находился 201 человек – экипаж и пассажиры. Несмотря на неблагоприятный прогноз по силе ветра и высоте волны, иллюминаторы в корпусе судна задраены не были.

Рейсу сопутствовали еще два обстоятельства. Первое: судно имело крен на правый борт, связанный с почти полным заполнением фекальной цистерны по правому борту при практически пустой топливной цистерне по левому, и, возможно, обнаруженной позднее пробоиной в днищевой части правого борта (причину ее возникновения так и не установили). Второе: не работал отказавший незадолго до рейса один из двух главных двигателей судна. Правда, это не влияло на его маневренность, поскольку у дизель-электроходов один двигатель может работать на оба винта. Также надо отметить, что вопреки распространенному мнению судно не имело перегруза.

В 12.25, через час с небольшим после выхода в рейс, капитан судна Александр Островский начал левый поворот в районе 82-го осевого буя (судовой ход в этом месте круто поворачивает). При повороте дизель-электроход получил дополнительный динамический крен на правый борт. Одновременно в левый борт ударил сильный шквалистый ветер. Предполагается, что в результате этих совокупных факторов крен «Булгарии» на правый борт составил 9 градусов. Этого оказалось достаточно, чтобы открытые иллюминаторы правого борта вошли в воду, и через них начала поступать вода. Судно стало заваливаться на правый борт.

Поняв, что дизель-электроходу грозит опасность, капитан дополнительно переложил рули влево. Смысл этого маневра мог заключаться в уменьшении воздействия на судно бокового ветра. Также этим маневром капитан направил «Булгарию» в сторону находящейся недалеко отмели с глубинами около четырех метров. Однако в этот момент первый помощник механика Константин Пузанков остановил работающий главный двигатель. Смысл этого действия остается до конца непонятным. Сам Пузанков позднее говорил, что хотел обезопасить людей, которые окажутся в воде, от работающих винтов.

Неуправляемый дизель-электроход опрокинулся на правый борт и затонул в течение двух минут. Погибли 122 человека из 201, находившихся на борту, в том числе капитан Александр Островский. Спасшиеся некоторое время дрейфовали по водохранилищу в надувных спасательных плотах, а около 13.30 были обнаружены пассажирским теплоходом «Арабелла» и подняты на его борт.

Мнение большинства специалистов, работающих на речном флоте, в том числе и сотрудников плавсостава, едино: судно погубили выход в водохранилище при неходовом прогнозе и открытые иллюминаторы. Возможно также, что трагедии можно было избежать, если бы первый помощник механика не остановил двигатель.

Хотя гибель «Булгарии» нельзя назвать типичным случаем для российских рек, она привела к сильнейшему общественному резонансу. Даже больше, чем к резонансу: люди отказывались видеть в произошедшем лишь халатность экипажа и связывали трагедию с неспособностью государства обеспечить безопасность плавания на реках и морях. Раздавались требования наказать виновных на всех уровнях. И несмотря на то, что государство в данном случае практически не имело отношения к трагедии, оно должно было как-то реагировать на «волю народа». Виновными, помимо не обеспечившего закрытие иллюминаторов старшего помощника капитана Рамиля Хаметова, были объявлены инспектор Речного Регистра Яков Ивашов, начальник отдела Ространснадзора Ирек Тимергазеев, инспектор Ространснадзора Владислав Семенов, руководитель компании-арендатора «Булгарии» Светлана Инякина. Все они были приговорены к различным тюремным срокам.

Как известно, руководитель судоходной компании отвечает за все, поэтому не буду ничего говорить о справедливости или несправедливости приговора Светлане Инякиной. Но если говорить о том, какие действия или бездействия Инякиной привели к катастрофе, то, наверное, можно было бы назвать лишь невнимание к уровню подготовки экипажа. И это совсем не желание оправдать коллегу по отрасли.

Напротив, я всегда выступаю против того, чтобы суда в таком состоянии, как «Булгария», выходили в плавание, и никогда не разделял принципа «плохо, зато дешево». Однозначно считаю, что этот подход может привести к трагедии. Он и привел к ней в случае с «Булгарией», но только не через плохое техническое состояние судна, как принято считать, а через невнимательное отношение к подбору экипажа. Ведь кадры на самом деле решают все. Безусловно, состояние «Булгарии» было плохим, и, более того, судно вышло в плавание без лицензии на перевозку пассажиров. Это недопустимо, но не это стало причиной катастрофы.

Сказанное относится и к обвинениям в адрес Якова Ивашова. Он выдал документы Речного Регистра на годность "Булгарии" к плаванию, при этом нельзя исключать, что на момент предъявления судна вся программа проверки была успешно выполнена. Например, известно, что оба главных двигателя на тот момент находились в рабочем состоянии. И опять же: не техническое состояние судна, а именно за него отвечает Речной Регистр, стало причиной трагедии.

Что же касается сотрудников Ространснадзора Ирека Тимергазеева и Владислава Семенова, то я совсем не понимаю, какие их действия могли привести к гибели судна. Права не выпускать «Булгарию» в рейс они не имели. Инспектор подготовил, а его начальник подписал акт предлицензионной проверки компании-арендатора «Булгарии». Фактически это опись предоставленных для лицензирования документов, никак не заменяющая собой лицензию на перевозку пассажиров. Решение о выдаче лицензии принимали совсем другие люди, проверяющие наличие всех этих документов. И они ее, кстати, так и не выдали.

Однако народ хотел реальных сроков для реальных людей. Я очень сочувствую родственникам погибших на «Булгарии». Но сочувствую и тем людям, а также их детям и родственникам, которые, не имея прямого отношения к гибели судна, сейчас несут наказание. Конечно, виновники трагедии должны нести ответственность. Но пока среди народа жив тезис «чем больше посадок, тем лучше», будут страдать и невиновные, либо косвенно причастные люди. И здесь я не вижу никакого другого выхода, кроме как начинать с себя: становиться добрее, терпимее, и, прежде чем высказывать суждение, пытаться разобраться в происходящем. Ведь огульная ненависть, даже на фоне большой трагедии, никогда ни к чему хорошему не приводит.

Не могу не сказать и о том, что поменялось на речном флоте после гибели «Булгарии».

Основное – это изменения в «Кодексе внутреннего водного транспорта», главное из которых – введение государственного портового контроля. Созданы администрации речных бассейнов, сотрудники которых с определенной периодичностью (в среднем раз в два месяца) проверяют речные суда. Теперь практически исключен выход в рейсы судов, у которых отсутствуют или просрочены какие-либо документы, либо имеются нарушения, связанные с безопасностью плавания. «Чек-листы» инспекторов портового контроля одновременно являются и хорошим подспорьем для судовладельцев и экипажей при подготовке судов к плаванию.

Каждая судоходная компания теперь обязана разработать СУБ (систему управления безопасностью) и обеспечить его выполнение. СУБ - это набор документации, определяющей полномочия каждого специалиста, регламентирующей процедуры взаимодействия персонала внутри компании, действия персонала в нештатных ситуациях, подготовку судна к плаванию, и так далее. СУБы давно действуют на морских судах, а теперь внедряются на реке. Экспертизу и согласование этой документации осуществляет Российский Речной Регистр.

Поменялся и подход к лицензированию пассажирских перевозок. Если раньше основанием для выдачи лицензии на перевозку пассажиров было наличие установленного набора документов, то теперь в дополнение к этому инспектора Ространснадзора в рамках предлицензионного контроля проверяют, чтобы судно было полностью готово к плаванию с пассажирами и имело на борту все необходимые документы, причем не только по техническому, но и по санитарному состоянию.

Как человек, занимающийся судоходной деятельностью не только на бумаге, но и на практике, вижу, что все эти меры привели к повышению безопасности судоходства на российских реках. Но все же нельзя забывать о главном: кадры решают все. Самое важное в любой отрасли – это грамотные специалисты. И если их не будет, то разговоры об остальном просто потеряют смысл. Думаю, что именно в этом – главный урок «Булгарии».

Безаварийной всем навигации!
(Anonymous)
Квалифицированные кадры в любой отрасли очень дороги, а акционеры хотят получать мегаприбыль, не желая связываться с проектами, рентабельность которых ниже 40-50%. И, к сожалению, общий тренд за редкими исключениями пока не меняется. Это также касается и журналюг, которые с огромным удовольствием смакуют любую новость, пытаясь "раздуть" из нее событие поярче, вместо того, чтобы объективно разобраться в ситуации.
Александр, ни один суд, ни один следователь никогда не сможет внести в дело строки об истинных причинах катастрофы - о человеческой жадности, жажде выжать все до последней капли. Можно сколько угодно говорить о технике катастрофы. Но это только одна сторона вопроса. Вторая - она никогда ни в одно уголовное дело не попадет.
Я подробно написал про человеческий фактор. Наверное, удобнее списать все на чью-то жадность. Но когда судно выходит по неходовому прогнозу, при этом никто не заботится о закрытии иллюминаторов, что приводит к трагедии, то не понимаю, почему мы говорим именно про жадность, а не про раздолбайство.
Как же время летит быстро, вроде все вчера только было...
Что касается доброты и терпимости, согласна. Но ведь это должно касаться не только родственников погибших, так мне представляется, но и обвиняемые (теперь уже осужденные) должны признавать свою вину, в частности Инякина, но ... увы. Если расчет такой, что признай она вину и попроси прощение у родственников погибших, то это повлияет на решение суда, в сторону ужесточения приговора... (Хотя не думаю, что дело в этом, ведь было же понятно, что при таком количестве погибших, избежать обвинительного приговора не удастся.) То какой смысл говорить об эмоциях? Все по УК РФ. Конечно, можно привести пример вел. кн. преп. мч. Елизаветы Федоровны, которая простила убийцу своего супруга, но ... не все же могут поступать как святые. :((( Это огромная трагедия и решением суда не будет довольна в полной мере ни одна из сторон.
Ну, если говорить не о моральном аспекте, а обращаться строго к УК РФ, то существует такое понятие как причинно-следственная связь. Это объективная связь между преступным деянием и наступившими последствиями. В этом деле я не могу ее уловить, о чем и написал.

А случай с Елизаветой Федоровной вдвойне показателен, поскольку там, в отличие от обсуждаемого случая, имело место умышленное убийство.
А разве "невнимание" к уровню профессиональной подготовки кадров не явилось причиной трагедии? Думаю, что связь вполне очевидна, и полагаю была доказана в процессе следствия.
Пример Елизаветы Федоровны был бы показателен, если пострадавшие были православными христианами, но большинство из них мусульмане. А говорить о христианском всепрощении с людьми, которые не являются последователями Христа? Поэтому и пишу мягко: "не все могут поступать как святые".
Знакомые слова - за всё отвечает государство. Езжу по тротуару? Надо строить дороги за счет бюджета. Стою на газоне? Это нормально, надо строить стоянки, но не за мой счет.

Да, обнаглевшее купечество бесконтрольно десятки лет. Госконтролеры составляют половину состава подсудимых. Получение взяток от Инякиной в том или ином виде не доказали, да и не хотели. Не утонула бы эта "Севрюга", никто бы и не дернулся, все были бы довольны.

Но решают всё не кадры, а менталитет. Поменяйте его, и никто не утонет и не сгорит.
Спасибо за грамотный комментарий! Судя по многочисленным за эти годы сообщениям в СМИ, все подсудимые однозначно виновны. Оказывается, что не все и не однозначно...
Александр, Вы пишите: "10 июля, на момент отправления судна от пристани Болгары, сила ветра на Куйбышевском водохранилище согласно прогнозу составляла до 20 метров в секунду, что превышало допустимые значения для дизель-электроходов этого типа. Однако в 11.15 капитан судна без доклада диспетчеру отошел от пристани Болгары."

И чуть ниже: "Как известно, руководитель судоходной компании отвечает за все, поэтому не буду ничего говорить о справедливости или несправедливости приговора Светлане Инякиной. Но если говорить о том, какие действия или бездействия Инякиной привели к катастрофе, то, наверное, можно было бы назвать лишь невнимание к уровню подготовки экипажа. И это совсем не желание оправдать коллегу по отрасли."

То есть, Вы считаете, что капитан принял решение выйти в рейс самостоятельно? Или все же был начальственный окрик безвинной Инякиной?

Edited at 2014-07-12 03:04 pm (UTC)
Я там не был и не могу знать точно. Но думаю, что самостоятельно. Вообще руководитель, заставляющий капитана в нарушение всего идти по неходовому прогнозу - это, по-моему, миф. Сколько работаю в этой сфере, таких случаев не встречал.

А почему капитан "Булгарии" вышел в рейс - у меня на этот счет есть такая теория. Скорее всего, капитан никогда до этого не работавший на судах этого типа, просто не ознакомился с "Информацией об остойчивости и непотопляемости" для этого судна и просто не знал, какое у судна ограничение по силе ветра.

Ограничение по высоте волны есть в регистровых документах, и его всегда все знают. А ограничение по силе ветра - только в этой самой "Информации...", которую новый капитан может просто ни разу не открыть. Поэтому услышав прогноз с допустимой для "Булгарии" высотой волны, капитан, не придав значение прогнозу по силе ветра, решил, что прогноз ходовой, и пошел в рейс. Я так думаю.

Edited at 2014-07-12 04:22 pm (UTC)
Знаете, Александр, Вы мне очень импонируете трезвостью, объективностью и отточенностью своих суждений, но в данном случае какая-то фальшь чувствуется. Уверена, что неосознанная: желание защитить честь мундира и коллегу по цеху вполне естественно. Но вот только обвинить сейчас во всем человека, который уже ничего не пояснит и ни на что не ответит - это... как бы помягче??? неэтично, как минимум.
Ну вот как человек без опыта стал капитаном? В таким крупном городе не оказалось достойных кандидатур? Не верю... А тогда что? Почему не пришел опытный речник? Низкая зарплата? Плохое отношение к сотрудникам? Но ведь "кадры решают всё" (с). И тогда снова нельзя говорить о безвинности г-жи Инякиной.
Почти всегда с Вами бываю согласна, а сейчас никак понять не могу... :-(
скажите, а пробоина не могла возникнуть из-за не до конца разобранного вышедшего из употребления Сюкеевского маяка? в первые дни трагедии его как-то вспоминали на профессиональных форумах.
а если все же пробоина была получена на нем, то получается она сыграла большую роль, нежели иллюминаторы?

в таком случае может открыться еще больший спектр виновных... но я так понимаю, исследовать "пенек" от маяка на предмет столкновения не стали даже, т.е. пробоина так и осталась белым пятном?